Ингуши в войнах России

Часть книги А.У.Мальсагова «Ингуши в войнах России в 19-20-x веках»

Формирование иррегулярных частей из горцев Северного Кавказа в 1876-1878 годах

В планах подготовки к намечавшейся войне с Турцией правительство России немалое значение придавало привлечению к участию в ней иррегулярных частей из представителей кавказских народов.

Приступая осенью 1876 г. к формированию иррегулярных частей из представителей коренного населения, военное и гражданское начальство опиралось на богатый (более чем столетний) опыт формирования подобных частей на Кавказе.

Было решено в Терской области создать один конно-иррегулярный полк из осетин и ингушей. Полку, образуемому из ингушей и осетин, было дано название Терско-Горского конно-иррегулярного. По утвержденному временному походному штату, в его состав входило 15 офицеров, 8 юнкеров, 16 урядников, 480 всадников, 5 трубачей, 4 писаря, 1 врач, 2 фельдшера, а также 1 азиатский лекарь*. Формирование полка происходило успешно.

В Терской области «почти все население выразило желание идти в милицию». Уже в первые дни призыва добровольцев набралось больше, чем требовалось для создания одного полка. Желание вступить в полк в первую же неделю его формирования изъявили 345 осетин и 324 ингуша. Всего же нужно было набрать 504 человека (480 всадников, 8 юнкеров, 16 урядников). Кроме того, немало явилось и таких добровольцев, «которые не показаны в сведении по бедности»*. Эти последние не имели не то что коней, но даже мало-мальски справной одежды.

Командиром Терско-Горского полка был назначен начальник Владикавказского округа полковник П. Ф. Понкратов*, полковым адъютантом - хорунжий Железняков, а полковым казначеем и квартирмейстером - хорунжий Кособрюхов. Командиром Осетинского дивизиона вместо предполагавшегося ранее штабс-капитана Бекмурзы Кубатиева был назначен ротмистр Арслан-мурза Есиев, командование Ингушским дивизионом было вверено подполковнику Банухо Базоркину. Командирами осетинских сотен назначили корнета Агубекира Дударова и подпоручика Тотрадзе Зембатова, а ингушских сотен - подпоручика Ботако Ужахова и майора Банухо Долгиева*.

Субалтерн-офицерами (то есть младшими офицерами) в полк были зачислены: в 1-й (Осетинский) дивизион - прапорщики Мисерби Гутиев, Гиданов, Джамбулат Череков, Гетагаз Тхостов, Александр Дзугаев, Генардуко Абисалов и Темурко Боров, во 2-й (Ингушский) дивизион - подпоручик Маги Наурузов, прапорщики Дох Мальсагов, Керим Богатырев, Артаган Мальсагов, ротмистр Николай Альдиев, поручик Генардуко Есенов, подпоручики Умар Сампиев и Гани Джемиев*.

В виде исключения каждому дивизионному было разрешено выступить в поход со своим собственным почетным знаменем. Эти знамена были пожалованы за верность и преданность России ингушскому народу в 1841 г., а осетинскому - в 1845-м*. Осетинское знамя было небесно-голубого цвета, а ингушское - алого. Каждое знамя вывозилось в строй со всеми почестями, присвоенными знаменам и штандартам по уставу. Кроме того, каждая сотня имела свой, отличный от других, сотенный значок, служащий как бы сотенным знаменем.

К 25 ноября 1876 г. формирование Терско-Горского конно-иррегулярного полка было успешно завершено и дивизионы его собраны на сборных пунктах: Осетинский - в селении Ольгинском, а Ингушский - в селении Базоркино*. При формировании полка военное начальство пыталось придать ему внешние атрибуты регулярной кавалерии. Для всего личного состава была введена единообразная форма одежды. Черкески полагалось иметь черные, без обшивки вокруг галуном, белые бешметы, папахи черного курпея с белыми верхами, мягкие азиатские сапоги, а погоны на черкесках - синие с буквами «Т-Г».

1 декабря в торжественной обстановке дивизионам были вручены знамена. 7 декабря Терско-Горский конно-иррегулярный полк в числе войск, «особенно способных к действиям малой войны в странах гористых», отправился по Ростово-Владикавказской железной дороге в Кишинев, где находилась главная квартира Дунайской армии, и прибыл туда 15 декабря. Кроме этого полка, из Терской и Кубанской областей в Дунайскую армию отправились собственного Его Величества конвоя Кубанский и Терский эскадроны, Владикавказский конный казачий полк, две сотни пластунов Кубанского казачьего войска и 2-й Кубанский казачий полк*.

В созданных на Северном Кавказе иррегулярных частях служили представители разных народов нашей страны. Так, в Терско-Горском полку наряду с осетинами и ингушами находились русские, грузины, кумыки, чеченцы.

Интернациональным был и состав Чеченского полка. В нем наряду с чеченцами служили русские - Флор Екимов, Василий Фролов, Иван Антипов, Трофим Куркин, немцы - Карл Тайхман, Вольф Дорфштейн, ингуши - Асав Куриев, Тох Беков, Томи Долтмурзиев и другие, осетины - Заур Тхостов, Петр Хуцыстов, горские евреи - Шамиль Урусханов, Урусхан Шамаев*.

24 мая 1877 г. главнокомандующий Кавказской армии приказал командующим войсками Терской области приступить к формированию 2-го Терско-Горского конно-иррегулярного полка четырехсотенного состава (по одной сотне от кабардинцев, балкарцев, осетин и ингушей). Командиром полка был назначен флигель-адъютант полковник Витгенштейн. Одновременно он был и командиром Терской конно-иррегулярной бригады, состоящей из Чеченского и Кабардино-Кумыкского конно-иррегулярных полков*.

Успехи, которыми сопровождалось почти каждое формирование милиции, являются достаточным доказательством того, что горцы откликались на призыв выступить на защиту интересов России в ее борьбе с внешними врагами. Подчеркивая это, один из кавказских публицистов начала нашего столетия писал: «Никогда туземцы Терской области не призывались отбывать воинскую повинность, и только Осетия выхлопотала это право, однако мы видим, что ни одна война не обходится без их участия. Туземцы Терской области добровольно идут проливать свою кровь за ... Отечество, считая Россию своей Отчизной»*.

При всех возможных мотивах добровольного вступления горцев в ряды иррегулярных формирований, участвовавших в Русско-турецкой войне 1877-1878 гг., непреложной истиной является тот факт, что служба в русской армии послужила одним из путей их дальнейшего приобщения к жизни многонационального русского государства. И прежде всего в этом заключается ее положительное значение. Боевое содружество, скрепленное кровью, пролитой в совместных боях и сражениях, несомненно, находило продолжение в мирной жизни, способствовало укреплению дружеских связей горских народов, в том числе чеченцев и ингушей, с другими народами нашей страны.